Вице-премьер Юрий Трутнев о развитии Дальнего Востока

Как говорится, немного инфраструктурных проектов вам в ленту.

Вот, например, планируется судостроительный кластер, газоперерабатывающий завод в Амурской области, свиноводческий комплекс в Приморье. Другой вопрос, что перешагнуть через несколько ступеней при строительстве крупных объектов невозможно, надо сначала провести соответствующую проектную работу, «обвязать» предприятия инфраструктурой, и на это уйдет несколько лет.

К слову, промышленное производство на Дальнем Востоке растет. Но, конечно, хотелось бы расти быстрее, ориентироваться на показатели ряда стран Азиатско-Тихоокеанского региона.

А кто главные инвесторы?

На Дальнем Востоке смешанная структура инвестиций. Любопытный момент: если говорить о предыдущем инвестиционном цикле, то есть не о программе, которую мы сейчас реализуем, то главный инвестор — это Британские Виргинские острова и Багамы.

Офшоры? Российский капитал возвращается?

Не совсем. Например, в шельфовые проекты Сахалина деньги вкладывали компании из Соединенных Штатов. Офшоры — это не только российское инвестиционное развлечение. Что касается новых инвестиций, то здесь лидируют россияне, чему я рад, поскольку глупо рассчитывать на иностранный капитал, если мы не способны создать условия для собственного бизнеса. Вкладываются в проекты и наши соседи — корейцы, китайцы, японцы. Процесс пошел, и ограничивать, зарегулировать его мы не намерены. Здесь я разделяю философию одного из китайских лидеров, который заметил, что не важно, какого цвета кошка, важно, чтобы она ловила мышей.

...
В каком состоянии инфраструктурные проекты с Китаем с учетом усложнившейся экономической ситуации? В частности, проект моста через Амур?

Состояние мне не нравится. Сложность процессов на Дальнем Востоке определяется одним важным обстоятельством. Сам по себе ни один проект реализовать невозможно, приходится каждый раз заново выстраивать технологические цепочки, и если не работает хотя бы одно звено, заложником этого становится весь проект.

Например, при строительстве моста с китайцами в Еврейской автономной области сложилась забавная ситуация. Была договоренность, что мы отдадим проект китайским подрядчикам, чтобы минимизировать взаимодействие двух строительных компаний из разных стран. Но не получилось. По какой-то причине китайцы сначала взяли тайм-аут, а затем отказались от проекта вовсе.

Почему?

Может, рассчитывали на другую стоимость, хотя российские подрядчики в эту цену вписывались вполне. Мы не всегда понимаем их логику. В той же области строится горно-обогатительный комбинат. Там наши коллеги из Китая дали связанный кредит в 400 миллионов долларов и, поскольку кредит связанный, завели своих подрядчиков. Вопросов не возникало, однако после того как работы были выполнены на 96 процентов, строительство остановилось. Год простояли. Почему? Однозначного ответа нет, но предположение высказать могу: в случае просрочки по кредитам комбинат отойдет китайской стороне. А там, между прочим, в залоге два золотоносных месторождения. Неплохо?

И как решили вопрос?

Распорядился выполнить оставшиеся работы российским подрядчикам, инвесторам выставить штрафные санкции.

http://lenta.ru/articles/2016/03/01/trutnev/


 

Вы можете оставить комментарий, или Трекбэк с вашего сайта.

Оставить комментарий

Вы должны Войти, чтобы оставить комментарий.